Сайт жителей города и района
Катайск - это мой город
Гость · Регистрация · Вход
ОБЪЯВЛЕНИЯ НА САЙТЕ *** ***

Катайский острог

Списки драгун острога

Наши фамилии

Хлебные ярмарки

Катайский ямщик

Наши храмы

Онлайн всего: 3
Гостей: 2
Пользователей: 1
Абориген


Катайск - это мой город




Радио онлайн

Главная » Статьи » История Катайска » От острога, до революции

Незаконнорожденные дети и отношение к ним русских крестьян

(по метрическим книгам Казанско-Богородицкой церкви села Песковского Шадринского уезда Пермской губернии 1838-1900 гг.)

Н.П. Шушарина

   Проблемы семейных отношений, положение женщины в крестьянской семье, отношение к детям в крестьянской среде Западной Сибири изучались в работах как обобщающего (З.Я. Бояршинова, В.А. Зверев, А.Д. Колесников, А.А. Люцидарская, Н.А. Миненко, В.А. Липинская, и др.), так регионального характера (М.В. Борисенко, К.В. Лобанова, Е.А. Коляскина, О.В. Чёрная и др.).
Нами проведён сравнительный анализ рождаемости незаконнорождённых детей по материалам метрических книг Казанско-Богородицкой церкви села Песковского Шадринского уезда Пермской губернии в период с 1838 по 1900гг.
В 1837г. из Владимирской губернии в село Песковское приехал священник Марк Яковлевич Флоренский. При нём в селе была заложена церковь в честь Божьей Матери Казанской. Песковский приход составляли с. Песковское и находящаяся от него в 2-х верстах д. Чусовская.
   Демографическое поведение русских крестьян XIX века определялось взглядами на семью и детей. Взгляды на брак и брачное поведение базировались на том, что брак – важнейшее условие порядочности человека, а безбрачие – отклонение от нормы. Отношение крестьянского общества и церкви к добрачному рождению детей было резко отрицательным. На протяжении всего XIX века девушку, родившую вне брака, именовали «девка», а ребёнка записывали как незаконнорождённого, запись «девица» в метрических книгах Казанско-Богородицкой церкви появилась, начиная с 1867г.
Для Сибири и Зауралья были характерны патриархальные принципы, и сексуальные отношения находились под жестким контролем общественного мнения, в особенности для женщин. Регламентация поведения девушек преследовала одну цель: обеспечить их будущую счастливую семейную жизнь. Это предполагало хорошую репутацию в деревенском обществе. По сообщению информанта Березиной Н.И. (д. Чусовая) гулять по улице девушкам с парнями считалось неприличным, и все встречи проходили на околице, а зимой – на вечёрках. Таким образом, интимные отношения молодёжи не выносились на общее обсуждение. На вечёрках большинство игр предусматривало разделение парней и девушек на пары. Поцелуи и сидение на коленях во время игр не считалось предосудительным, о чём свидетельствуют записанные А.Я Кокосовым круговые игры и песни в селе Ушаковском [11].
   Вопрос о степени вольности молодых людей на гуляниях в русской деревне остается открытым. По мнению Т.А. Бернштам общество требовало от девушки сложной комбинации качеств: раскованного поведения внутри молодежной группы при незапятнанной репутации в глазах односельчан [3, с. 98].
Чёрная О.В. отмечает, что увеличение численности незаконнорождённых детей в определённой мере зависит от увеличения доли холостяков, которые искали замену браку и таким образом давали выход сексуальной энергии [14, с.263].
По Казанско-Богородицкой церкви увеличение численности незаконнорождённых приходится на 1846, 1868, 1870, 1872, 1874, 1891, 1898 гг. [9]. Причём максимальное число незаконнорожденных не превышает четырёх случаев в год на протяжении всего изучаемого периода, а самое большое число незаконнорождённых – 6 детей, приходится на 1872г. В первой половине XIX века максимальное количество первых браков приходится на 1844-1848гг. Во второй половине XIX века максимальное количество первых браков приходится на 1867г. 1872г, 1876г., 1879-1881г., 1889г., 1894-1900г. (приложение 1). Данных за 1854-1862гг., 1869г, 1871г., 1875г., 1883-1884гг. 1886г., 1888г. нет, так как метрических книг за этот период не сохранилось.
Таким образом, по приходу с. Песковского не прослеживается прямая зависимость увеличения количества незаконнорождённых при уменьшении доли первых браков холостяков.
   Для сравнения также возьмем данные за 1898г. по незаконнорожденным детям в центральных губерниях России и по Казанско-Богородицкой церкви с. Песковского: в Воронежской губернии родилось незаконнорожденных в уездах – 0,7%, в городах – 9%, в Тамбовской губернии в уездах – 0,6%, в городах – 6,3%. [2]. В целом на рубеже XIX-XX вв. в Центральной России не превышало за год в среднем 2,5-3% [10, с.169]. По Казанско-Богородицкой церкви за 1898г. зарегистрировано 4(2,5%) незаконнорожденных детей из 156 чел. родившихся по приходу, что коррелируется со средними показателями по центральной России, но значительно меньше, чем в указанных выше губерниях России.
По Шадринскому уезду во второй половине XIX века незаконнорождённые дети составляли 2,0% к общему количеству родившихся детей. Выше ежегодного было в 1882, 1891, 1894-1896гг., а минимум незаконнорожденных детей был в 1892г. [5].
   За период 1838-1900гг. по приходу с. Песковского родилось 5623 детей, из них – 81 детей вне брака (муж. 39 чел., жен. 42 чел.), что составило 1,4% от общего количества рождённых детей. Таким образом, показатели рождений детей вне брака ниже, чем в целом по Шадринскому уезду. Причина на наш взгляд в том, что песковские крестьянки не уходили на заработки в город, как это было распространено в центральных губерниях России.
Внебрачные дети в деревне были всегда отвергнутыми. В мифопоэтических представлениях россиян сформировался особый образ «незаконного» младенца. Такой ребенок являлся иным, чужеродным, по крайней мере, наполовину. Отсюда и название – половинкин сын. Неполнота родственных связей имела своим следствием представления о нем как части природы, неизвестной находке, обнаруженной взрослыми. Именно эта идея лежит в основе самой обширной группы обозначений незаконнорожденного: боровичок, капустничек (Казанская губ.), крапивник (повсеместно), луговой (Курская), подзаборник (Новосибирская обл.), подкрылечник, подкустарничек, подпечник (Ярославская губ.), подогородник (Сибирь), подсенник (Петербургская губ.), подстожник (Сибирь), подсуслонник (Новосибирская обл.), подтынник (Донская обл.), подъельняжник (Петербургская губ.), соломенница (Ярославская губ.), находка (Смоленская, Воронежская губ. [13].
   Анализ записей метрических книг позволяет уточнить социальный статус матерей незаконнорождённых детей: крестьянская девка – 27 чел., солдатская девица – 2 чел., солдатка – 23 чел., крестьянская вдова – 18 чел., солдатская вдова – 4 чел., крестьянская жена – 1 чел., 6 детей – подкидыши. Таким образом, больше всего незаконнорождённых детей было у солдаток и вдов.
   Влиял ли на крестьянскую жизнь военный фактор? В работе В.А. Александрова «Сельская община в России (XVII-начало XIX в.)» проанализировано влияние рекрутских наборов на семейно-повседневную жизнь в крестьян центральной России [1]. Но специальных исследований о влиянии рекрутских наборов на семейную жизнь крестьян Зауралья нами не выявлено. В России солдатками называли женщин, мужья которых прослужили определённое количество лет в армии. В период действия рекрутской повинности (1705-1874гг.) к «солдатскому сословию» или «военному сословию» относились жёны и дети рекрутов [4, с.749].
Разлука с мужем, «взятым в солдаты», ломала привычный уклад жизни солдатки. Судьба солдатской жены считалась худшей, чем судьба вдовы, так как её ожидало одинокое будущее и неопределённость. Солдат считался «казённым человеком», то есть отделившимся от крестьянского мира. По исповедным росписям солдатки приписывались ко двору бывших солдат, не принадлежа уже ко двору свёкра или брата солдата. Например, в 1855 году ко двору отставного солдата Семёна Иванова Бетева кроме его жены и детей были приписаны 30 человек: солдатки с детьми Честикова, Петровских, Снигирёва, Березина [6].
   При рождении детей у солдаток в метрических книгах производилась запись о том, что муж находится в отпуске, чтобы доказать законность появления ребенка на свет. Например, в 1870 году о рождении Александры Бетевой записано, что отец временно отпускной рядовой Филипп Федоров Бетев [8].
Но большинство детей солдаток признавались незаконнорожденными, а имена их отцов не указывались. Фамилии и отчества часто давались таким детям по их крестному отцу. В этом отражались реалии того времени, когда положение ребенка целиком зависело от социального положения его отца на момент рождения.
Социально-демографические исследования свидетельствуют, что именно солдатки составляли основной контингент женщин, рожавших незаконных детей. Это свидетельствует о том, что родственники, даже со стороны мужа, не стремились регламентировать поведение солдаток.
По песковскому приходу в 1838-43гг, 1852-53г. и 1863-66гг. незаконнорождённые дети фиксировались только у солдаток, в 1885-1891гг. – только у крестьянских девок, что подтверждает тезис о том, что на протяжении всего XIX века происходило постепенное ослабление власти главы семьи над домочадцами.
   Девушке, родившей ребенка вне брака, и ее семье грозили позор, презрение окружающих. Чтобы скрыть беременность, отдавали замуж с большим приданным и родившийся ребёнок признавался законным. Таким образом, венец «покрывал грех», но судьба женщины была незавидной. По воспоминаниям моей бабушки, всю оставшуюся жизнь Анна Афанасьевна (моя прапрабабка по отцовской линии) страдала от побоев мужа, так как старший сын Иосиф был «прижит» до брака от другого.
Фиксируются по приходу с. Песковского два случая рождения девицами двух детей вне брака. В метрических книгах также зафиксирован случай, когда ребенок записан незаконнорождённым у женщины, состоящей в браке. Например, в 1846 году записан незаконнорождённым мальчик Дада (мать – крестьянская жена Березина Александра) [7].
В метрических книгах записаны 7 незаконнорождённых детей, матери которых проживали в других населённых пунктах: с. Ильинское, сл. Никольская, с. Першинское, д. Боровая, д. Черемиска, д. Чёрный Яр Камышловского уезда. Данное обстоятельство позволяет предположить, что сами женщины и родственники пытались скрыть факт незаконного рождения. И были это не только крестьянские девицы, но вдовы и солдатки.
Опасаясь общественного порицания, но в силу религиозного воспитания (дабы не губить ребёнка), женщины стремились подбросить ребенка ко двору, где был или только что умер грудной ребенок. При крещении подкидыша в метрической книге писали: к чьему двору подкинут младенец, а датой рождения то же число, что и дата крещения. Фамилия подкидышу давалась по фамилии хозяина двора или крестного отца.
   За период 1838-1900 гг. по приходу зафиксировано всего 6 (7,4%) подкидышей из общего количества незаконнорождённых. Внебрачные связи осуждались крестьянским миром, но это не распространялось на детей. Считалось богоугодным делом принять подкидыша в семью. Его усыновляли, и он становился наследником имущества двора наравне с родными детьми.
С 1838г. по 1867гг. священником Казанско-Богородицкой церкви был Марк (Марко) Яковлевич Флоринский – основатель известного в Зауралье священнического рода. В начальный период своей службы он часто нарекал незаконнорождённых детей церковными, в наше время уже вышедшими из употребления именами: Аммос, Голиндф, Иуалинния, Дада, Февла, Фива. Во второй половине XIX века священником был рукоположен его сын С.М. Флоринский (служил с 1867 по 1877г.), а после него внук – И.Я. Кокосов (служил с 1877 по 1905гг.). Во второй половине XIX в. незаконнорожденных детей священники уже нарекают широко используемыми в крестьянской среде именами: Алексей, Евдокия, Елена, Иоанн, Терентий и др.
Таким образом, несмотря на резко отрицательное отношение крестьянского общества и церкви к добрачному рождению детей, ежегодно на протяжении XIX века фиксировалось от 1 до 4 незаконнорождённых детей. А максимум зафиксирован в 1872г. (6 чел).
   Больше всего незаконнорождённых детей было у солдаток и вдов, что объясняется особым статусом солдаток в крестьянском обществе. Тем не менее, и крестьянским «девкам» не всегда удавалось сохранить незапятнанной репутацию, и они рожали вне брака.
Традиции и обычаи русской деревни обеспечивали правовую защищенность детям, рожденным вне брака, а подкидышей брали в семью и воспитывали как родных.
Подводя итоги, следует отметить, что изучение истории подкидышей и незаконнорожденных детей позволит выявить тенденции не только общественного развития социальной истории, но и повседневно-бытовой уклад и особенности менталитета населения дореволюционного Зауралья.

Список источников и литературы:

1. Александров В.А. Сельская община в России (XVII – начало XIX в.). М., 1976.
2. Безгин В.Б. Правовое положение внебрачных детей в русском селе конца XIX – начала XX века// Право и образование». 2010. № 8. С.124-129.
3. Бернштам Т.А. Молодёжь в обрядовой жизни русской общины ХIХ – начала ХХ вв. Л.: Наука, 1988. С.98.
4. Брокгауз Ф.А, Ефрон И.А. Энциклопедический словарь. СПб., 1900. Т.30. С.749.
5. Движение населения Пермской губернии с 1882 по 1900г. ч. I. Пермь. 1909.
6. Духовные ведомости Казанско-Богородицкой церкви 1855-1860гг. Казанско-Богородицкой церкви. ГКУ «Государственный архив в г. Шадринске». Ф.296. Оп.1 Д.18. Л.2 об.
7. Метрическая книга 1846г. Казанско-Богородицкой церкви. ГКУ «Государственный архив в г. Шадринске». Ф.296. Оп.1. Д. 13 Л.81 об.
8. Метрическая книга 1870г. Казанско-Богородицкой церкви. ГКУ «Государственный архив в г. Шадринске». Ф.296. Оп.1. Д.33. Л.9 об.
9. Метрические книги Казанско-Богородицкой церкви с. Песковского Шадринского уезда Пермской губернии 1838-1900гг. ГКУ «Государственный архив в г. Шадринске». Ф.296. Оп.1. Д.7,12, 13, 18, 26, 29, 30-33, 46-67.
10. Морозов С.Д. Крестьянская семья Центральной России в 1897-1917 гг.: социально-демографическое развитие//Семья в ракурсе социального знания: Сборник научных статей. Барнаул: Издательство НП «Азбука», 2001. С.159-173.
11. Отворитесь широки ворота!.. Этнографические материалы, записанные А.Я. Кокосовым в селе Ушаковском/авт-сост. Шушарина Н.П. Салехард, ЗАО «Спейб», 2016. 126 с.
12. Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. URL: http://www.okorneva.ru/shadrinskiy-uezd/peskovskoe-selo/ .
13. Щербинин П. «Военный фактор» в повседневно-бытовой культуре российской провинции в Х1Х-начале ХХ в. (на материалах Черноземного Центра). URL: http://d8.hr-portal.ru/node/419
14. Черная О.В. Отношение к детям в крестьянской среде в контексте демографических поведенческих стереотипов//II Емельяновские чтения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Курган, 11-12 мая 2007г.). Курган: Из-во Курганского гос.университета. 2007. 293 с.

Источник: Зыряновские чтения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции «XV Зыряновские чтения» (Курган, 7-8 декабря 2017г.). Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2017. – С. 66-68.

Категория: От острога, до революции | Добавил: Абориген (31.05.2019)
Просмотров: 79 | Рейтинг: 5.0/1

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Игры и танцы
с.Ушаковское XIXв.

"Капустнички"

Перепись 1666 год

Заводской гудок

Сержант Лопатин

Академический хор

Катайские строители

Архив газеты "Знамя"

ДК с.Петропавловское

Районная библиотека

Ильинский хор

Ансамбль "Беседа"

Статьи
[От острога, до революции]
Круговые игры и песни, записанные А.Я. Ко́косовым в селе Ушаковском (2)
[От острога, до революции]
Незаконнорожденные дети и отношение к ним русских крестьян (0)
[От острога, до революции]
Служилые люди Катайского острога по Переписной книге Верхотурского уезда 1666г. (0)
[Советский период]
Заводской гудок (1)
[Герои-катайцы]
Дорога сержанта Лопатина (3)

Наша память

Медалисты

ВИА

Народный театр

Рейтинг@Mail.ru
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт "Катайск - это мой город" обязательна
Copyright kataisk-zayral.ucoz.ru © 2019      Создать бесплатный сайт с uCoz   
Вверх страницы

Вниз страницы