Сайт жителей города и района
Катайск - это мой город
Гость · Регистрация · Вход
ОБЪЯВЛЕНИЯ НА САЙТЕ  ***  ***

Катайский острог

Списки драгун острога

Наши фамилии

Хлебные ярмарки

Катайский ямщик

Наши храмы

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Помощь сайту


Катайск - это мой город


Главная » Статьи » История Катайска » Катайск торговый

Купечество
 В 1910 году Катайск посещает Екатеринбургский епископ Митрофан. Освещая его поездку газета «Екатеринбургские Епархиальные ведомости» в № 41 писала: «Как селение Катайск представляет собой значительный торговый пункт с многочисленными торговыми лавками и магазинами, с большим числом каменных хороших домов и напоминает уездный город».
Время идет, но и сейчас Катайск интересен этими же постройками: крепкие дома с просторными дворами, где есть место и конюшням, и капитальным кладовым; беленые каменные ограды с высокими кирпичными арками, куда и лошадь под дугой свободно пройдет; красота резных застрех, наличников, ставень... Остается сожалеть, что достоверных сведений об их владельцах нет, а в том немногом, что удалось узнать, мало конкретного. От умерших в родном селе не осталось ни надгробий, ни могил, а к судьбам тех, кто живыми встретил революцию 1917 года, история отнеслась безжалостно. Купечество для большевиков являлось заклятым врагом, и потому уже в первые месяцы революционных событий часть торговцев была репрессирована. Другие погибли во время Гражданской войны в 1918 — 1919 годах, когда населенные пункты переходили из рук в руки то красных, то чехов, то белых, то опять красных. Остальные, отступая с семьями в обозах армии Колчака, осели по сибирским городам и железнодорожным станциям, чтобы в конце концов оказаться в застенках ОГПУ-НКВД.
Наверное, самый примечательный дом тех лет, изображение которого становится визитной карточкой города, дом купца Петрова. Деревянные кружева так приглянулись новой власти, что вот уже 80 лет она не выпускает его из своих крепких объятий, лишь милостливо приютив в полуподвальном этаже музей боевой и трудовой славы имени полка «Красных Орлов». Впрочем тема нашего музея, его незавидного положения, его тематики требует отдельного разговора.
Вернемся к купцу Петрову. Некоторые старики говорили о нем, как о Петровских, делая ударение на последнем слоге. Но торговца с такой фамилией в упомянутом мною «Адрес-календаре» нет. Зато во всех изданиях присутствует Катайский торговец бакалеей, колониальными (чай, кофе и т. д.) товарами, мануфактурой Алексей Иванович Петров. Среди «мануфактурщиков» мелькнули еще два Петрова — Дмитрий и Иван Семенович. Есть сведения 1891 года и о далматовском мещанине Федоре Семеновиче Петрове, проживающем в Катайске. Может быть, это была одна семья, и дом принадлежал кому-то из них или всем вместе? Наверняка, так оно и есть! А вот дальше-то, что? Откуда родом эти Петровы, что они собой представляли, как сложилась их судьба, сохранились ли какие-нибудь документы, фотографии? Ничегошеньки-то мы не знаем! И это относится ко всем без исключения представителям купеческих фамилий Катайска. Но перед тем, как продолжить разговор о них, хотел бы остановиться на значении слова «купец».
Купец — это человек, чье профессиональное занятие или, как еще говорили, чей промысел, — торговля. В этом смысле он ничем не отличается от сегодняшнего предпринимателя. Торговля в России считалась занятием свободным и разрешалась лицам обоего пола и всех состояний. Ограничений было немного. Так, для замужних женщин требовалось согласие мужа, а для несовершеннолетних (по тогдашним законам это возраст от 17 до 21 года) — согласие и подпись попечителей на важные сделки. Категорически запрещалось также самостоятельно вести торговое дело купеческим приказчикам, то есть лицам, которые уполномочены хозяином на ведение его дел. Ясно, что иначе рано или поздно интересы купца пострадают. Но, чтобы получить купеческое звание, то есть стать купцом юридически, следовало выкупить гильдейское свидетельство. Его обладатели причислялись к купеческому сословию и пользовались многими привилегиями.
В 1742 году купцы в зависимости от величины объявленного капитала были разделены на три гильдии, а по закону 1863 года осталось только две, причем сумма капитала уже не имела формального значения. Купцы I гильдии имели право на оптовую торговлю по всей империи, на экспортно-импортные операции, а торговля в розницу и содержание заводов и фабрик разрешалось только в том уезде, где было взято на это свидетельство. Его можно было выкупить, конечно же, не в одном уезде, но при этом число торгово-промышленных заведений в нем не должно превышать десяти. Купец II гильдии, кроме оптовой торговли, имел те же права, но число заведений разрешалось не более пяти.
Приобретение свидетельств было одной из форм государственного налога. Для I гильдии оно стоило 565 рублей, а для II — от 35 до 120 рублей в зависимости от местности, где свидетельство приобреталось. Для Катайска оно стоило 35 рублей. В эти свидетельства заносились по желанию и члены семьи, но также за деньги: по 15 рублей на человека для I и по 6 рублей для II гильдии. Отдельные свидетельства нужно было приобретать и для приказчиков. Управляющие, завмаги, главные бухгалтеры, кассиры относились к приказчикам I класса и за них приходилось выкладывать казне от 20 до 35 рублей. А прочие конторщики относились ко II классу и их стоимость была пониже: от 5 до 6 рублей.
Но и это еще не все. Чтобы начать торговать и работать, на каждое отдельное складское, торговое или промышленное заведение купцом приобретались билеты, стоимость которых зависела также от местности и степени купца: от 10 до 55 рублей. Билет же для мелкого Торга стоил от 2 до 10 рублей. Все платы производились раз в году, если же они не возобновлялись, то купец считался выбывшим из своего сословия, а его торговля и промышленные заведения немедленно закрывались! Выражаясь на современном жаргоне — порядки были крутые.
Вот я назвал некие суммы в рублях, и возникает законный вопрос, а сколько стоил тот рубль в сравнении с нашим сегодняшним? Однозначно ответить на этот вопрос нельзя, потому что простое сравнение цен не вполне корректно. Вспомним, что в 1897 году Россия ввела самую твердую валюту в мире — золотой рубль, а в 1914 году золотой запас Империи превышал более чем в 1,5 раза эти запасы Англии и Германии вместе взятые. Тем не менее интересно сравнить цены некоторых товаров в Пермской губернии, в состав которой входила и Катайская волость (то, что удалось найти в старых газетах и справочниках):

Товар (1 пуд = 16,38 кг) стоимость по годам (в копейках)

  
1802
 
 1902
 
1913
  Пшеничная мука
 
 
195

 110
 

 80-215
 
  Сливочное масло
 
 
520
 
1000
 
14-16 руб.
 
Мясо (говядина, свинина)
 
200
 
240
 
500-600
 
Рыба (карась, крупный окунь)
 
180
 -
450
 
  Сено
 
  
 
50
 
7 — лесное
 
28
  

 

  
20 — луговое
 
23
 
Греча
 
140
 
180
 -
 
Семена (конопля)
  
 - 
160
 
80-100

    В составленной мной таблице поражает больше всего стабильность цен — за 100 лет они увеличиваются всего в 2 раза! Цены 1802 и 1902 гг. взяты средние базарные по губернии, а цены 1913 года в городе Екатеринбурге.
Приведу еще некоторые цены на Ирбитской ярмарке 1913 года (в рублях): тулупы 10—12, сапоги мужские обыкновенные 7 — 8; а яловые с гамбургским носком 9—10, женские ботинки простые 3—4, а на пуговицах яловые с гамбургским носком 5; пальто 6—7; бобриковые пиджаки 4—5; гармони 20; ружья от 30 до 150; лошади 40—50; жеребцы 75—200; кошевки 16—25; коробки с крыльями 13—22; санки 18—30. Но экипажи для городских жителей стоили гораздо дороже (в рублях): ходки — до 45, кошевки — до 50, санки — 75, а с одеялами — 125.
Рассказ о купцах, живших в Катайске или своими представителями тесно связанные с селом, начну с крупных екатеринбургских хлеботорговых и мукомольных фирм. Однако оговорюсь, что если имена торговцев и их занятия документально подтверждены, то вот места их проживания в Катайске указаны по воспоминаниям стариков. Известно, какая память у старых людей.
Первушины. В жизни села это заметная фамилия! Один из сыновей екатеринбургского купца Ивана Первушина Федор Иванович, сам камышловский купец, прочно обосновался в Катайске. Прекрасный белокаменный дом его усадьбы, несмотря на старость и перестройки, и сегодня привлекает к себе внимание. Это бывший учебный корпус педучилища на ул. Советской, 64. Федор Иванович владел Зыряновскими мельницами на реке Синаре, скупал хлеб, торговал бакалеей, мануфактурой, галантереей, колониальными и москательными (красильные) товарами.
Его сын Павел Федорович занимал престижные должности смотрителя Катайского училища, почетного начальника пожарной команды и председателя правления пожарной дружины, был агентом страхового общества «Якорь».
Второй сын Ивана Первушина — Евгений — имел мельницу в д. Борисовой. Жил он в Екатеринбурге на Уктусской улице, основал товарищество «Торговый дом Е. И. Первушин с сыновьями».
Активнейшим и постоянным участником Катайского хлебного рынка было товарищество «Торговый дом А.И. Первушина и К (компаньоны)», чья контора находилась также в Екатеринбурге на ул. Гоголя, 42. Анна Никифоровна, жена третьего брата Степана Ивановича, овдовев в 1880 году, осталась с шестью малолетними детьми на руках. Она энергично берется за дело, перестраивает свою Покровскую, у д. Перебор на Исети мельницу и доводит производительность до 600 000 пудов. Зерно для помола доставляется гужом, главным образом из Катайска. Два сильнейших пожара в 1889 и 1905 годах уничтожают мельницу, нанеся огромные убытки. Но уже через два года Первушина пускает в работу другую, Воскресенскую мельницу на станции Мишкино. Это было мощное предприятие с 4-этажным каменным мельничным корпусом, с элеватором и зданием для паровых котлов и двигателей. Имелась своя электростанция на 12 кВт и телефонная станция, квартиры для служащих и общежитие для рабочих с кухней-столовой. Работали в 3 смены по 8 часов, медицинская помощь — бесплатная. Продукция этой мельницы была «крупчатка» — высший сорт пшеничной муки из твердых сортов, отличающаяся большой зернистностью, долгим хранением и большим припеком. Мука выпускалась 9-ти сортов в бязевых — по 20 фунтов и в льняных мешках по 1, 2,5 и 5 пудов. Продукцию знали не только в России, но и в Пруссии, и в Китае.
«Торговый дом «Братья Степановы» создан в Екатеринбурге в 1877 году по адресу ул. Уктусская, 27. Уроженцы Владимирской губернии братья Степановы — купцы Евдоким, Иван, Никита, Никифор и Павел Степановичи владели крупными мельницами под Челябинском и под Екатеринбургом в Большом Истоке. Они имели склады во многих городах, торговали своей мукой по всему Уралу и в Сибири. Сын какого-то из этих Степановых жил в Катайске, скупая хлеб. Покойный С.Г. Истомин рассказывал мне, что деревянная
усадьба Степанова (ударение опять же делалось на последнем слоге), стоявшая где-то на месте нынешнего пищкомбината, сгорела, а сам хозяин в революцию уехал в Екатеринбург, к отцу. Про этого купца, любившего лошадей и конные состязания, в Катайске ходило много легенд. Все мои старания узнать имя и отчество этого Степанова не увенчались успехом. Можно только строить кое-какие догадки. Например, в 1908 году, Камышловское уездное земское собрание забаллотировало на должность попечителя Троицкого училища Катайской волости купца Степанова Алексея Евдокимовича, выбрав вместо него троицкого крестьянина Петра Алексеевича Плотникова. Не наш ли это Степанов?
Товарищество «Ф.К. Батраков с сыновьями» зарегистрировано в Екатеринбурге по Симановской улице. Сам Федор Кириллович перебрался с женой в Катайск, где его приказчики скупали хлеб в больших количествах. Усадьба купца — это Советская, 27 представляет собой классический пример усадьбы хлеботорговца: просторный внутренний двор, где стояли возовые весы для приема подвод с зерном, замкнут каменными постройками — жилым 2-этажным домом, хозяйственными помещениями и вместительными cкладами и амбарами.
Товарищество «Братья Карабатовы Андрей, Александр и Сергей Петровичи» находилось также на Уктусской улице. В Катайске фирму представлял Андреи Петрович, как и другие купцы, занимался хлебной торговлей. Одно время он избирался членом уездного раскладочного присутствия — что-то вроде нашей Налоговой инспекции. До революции Андрей Петрович не дожил, и его прекрасная усадьба долгое время была известна как дом купчихи Карабатихи. В 60-е годы там размещался райвоенкомат, в сейчас магазин «Товары для дома» - ул. Ленина, 237
.

Теперь о купцах, которые вроде бы ни в какие товарищества не входили, но мало чем уступали екатеринбуржцам.
Братья Пушкаревы — Семен и Степан Дмитриевичи. Торговали они бакалеей и колониальными товарами и, разумеется, хлебом. Это им принадлежали красивые тополиные рощи под горой. Там, вокруг чистых, ухоженных прудов устраивались гуляния, играла музыка, стояли беседки, а в роще, ближайшей к Троицку, была построена дача. Сегодня от прудов не осталось и следа, а на усохших от старости тополях боятся гнездиться грачи. А вот пушкаревские усадьбы сохранились! Дом Степана Дмитриевича — ул. Советская, 28. В 1904 году он избирался гласным в уездное земское собрание. Вскоре купец умирает и всеми делами заправляет его вдова, шевелевская крестьянка Агафья Григорьевна, прозванная в народе Пушкарихой.
Усадьба второго брата, Семена Дмитриевича — это дом в начале ул. Советской, где до недавних пор размещалась районная милиция. Старики рассказывали мне о нем следующее:
— Как-то он взял в банке ссуду, а вернуть вовремя не смог. Купец был гордый, сильно переживал и в конце концов отравился. А ревизия будто бы показала, что у него большие остатки и выходит зря себя он лишил жизни. Похороны Пушкарева были пышные, многолюдные. На поминках раздавали платки, чулки, платья и подшалки.
Збитневы — тоже знатная купеческая фамилия. Василий Кириллович вел торговлю хлебом, бакалеей, колониальными и кожевенными товарами, мануфактурой. Отец — Кирилл Артемьевич также был торговцем. Перестроенный и достроенный их особняк, 2-этажное каменное здание служило пристанищем различных советских учреждений. Сегодня здесь нарсуд(Прокуратура. прим. Аб.) — ул. Ленина, 190
.
Многие говорят о них как о Сбитневых, но в «Ежегоднике» пишется все-таки буква «3».
Саковы — соседи Збитневых, дом их и сейчас стоит, это ул. Ленина, 192. Иван Игнатьевич был одним из крупнейших торговцев скотом, мясом, салом, яйцами. Осенью, разъезжая по деревням, закупал рогатый скот под «колотье». Весной уезжал в «степь» (Казахстан), оттуда пригонял гурты молодняка для откорма. Скот забивался на бойне, известной в советское время как салотопка — в лесу у переезда за старым военным кладбищем. Ему помогали сыновья — Иван Иванович с женой Любавой Степановной и Алексей Иванович с женой Анной Александровной, высланные из Катайска при Советской власти. Брат Ивана Игнатьевича Александр и его сын Михаил также были Катайскими торговцами.
Брюховских П.В. — торговал хлебом. Наш краевед В. И. Антропов пишет о нем в книжке «Катайск», как о колчеданском купце. Старики помнили этого купца, как большого любителя попировать и поухаживать за женщинами. По слухам он обанкротился и уехал в Екатеринбург. Дом Брюховских, это сегодня стоматологическая поликлиника — ул.Ленина, 194, печально известен тем, что именно сюда в феврале 1931 года согласно секретной директиве председателя райисполкома Шалаева, разосланной в сельские Советы, коммунисты свезли со всего района, в том числе и из самого Катайска по заранее составленным спискам так называемые «кулацкие» семьи, подлежащие выселению. Здесь, в жуткой тесноте, на трехъярусных нарах с крохотными ребятишками и глубокими стариками ожидали пути на свою голгофу ни в чем не повинные труженики. Думаю, что соответствующая памятная мраморная доска должна присутствовать на стене этого здания.
Дураковы. Именно о Дуракове, «как торговце-капиталисте и своеобразном помещике» пишет Виктор Иванович Антропов в очерке «Острог на Исети» (газета «Знамя», январь-февраль 1991 год). Дураковы были богатые люди, их усадьба — два каменных особняка в общей кирпичной ограде. Это ул. Советская, 35, где когда-то размещался детский приют, общежитие педучилища. А вот среди торговцев во всех изданиях «Адреса-календаря» фамилия Дураков не фигурирует. Однако Дураков Василий Андреевич в селе был действительно на первых
ролях:
1891 год — В.А. Дураков крестьянин,является попечителем Катайской школы и членом призывной комиссии.
1905 год — ведет опыты по травосеянию, для чего уездная управа дает ему семена клевера, одновременно испытывает новые сельхозмашины.
1910 год — местный земский начальник, то есть единственный представитель судебно-административной власти в селе. Его отец, Андрей Степанович, крестьянин, держал в 1871 году рейнский (винный) погребок, был избран гласным Камышловского уездного собрания и занимал должность — член управы.
В 1883 году он безвозмездно на год уступает населению Катайской волости собственного жеребца-производителя для улучшения пород крестьянских лошадей. Этот жеребец, между прочим, получал в Екатеринбурге на выставках в 1864 и 1865 годах первые призы, аттестат и серебряную медаль. В качестве уполномоченного от села Дураков подписывает владенные записи — раздел (межевание) земель между соседними селами и деревнями.
В июле 1918 года Василий Андреевич, возвращаясь на тройке лошадей из Екатеринбурга домой, был задержан в Каменске красноорловцами и расстрелян.
Итак, названы 10 фамилий самых известных в старом Катайске людей, принадлежащих, за исключением, пожалуй, Дураковых, к купеческому сословию.
 

Из книги А.В.Евсеева "Край родной"

Категория: Катайск торговый | Добавил: Абориген (26.04.2011)
Просмотров: 2400 | Рейтинг: 5.0/1

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Академический хор

Катайские строители

Архив газеты "Знамя"

ДК с.Петропавловское

Районная библиотека

Ильинский хор

Ансамбль "Беседа"

Статьи
[Советский период]
Катайские строители (1)
[Культура Образование]
Академический хор г.Катайска (0)
[Культура Образование]
История районной библиотеки (0)
[От острога, до революции]
Переплетение судеб (0)
[Культура Образование]
Хор русской песни Ильинского СДК (2)

Наша память

Медалисты

ВИА

Народный театр


РадиоTV-онлайн
Рейтинг@Mail.ru
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт "Катайск - это мой город" обязательна
Copyright kataisk-zayral.ucoz.ru © 2017      Создать бесплатный сайт с uCoz   
Вверх страницы

Вниз страницы